Ростов папа а мама
Почему Одессу называют мамой, а Ростов — папой
Есть много версий о неофициальных названиях Одессы и Ростова. Но все они так или иначе связаны с прошлым миром уголовников.
Про Одессу
В конце 19 века Одесса была беспошлинной зоной и бойким торговым центром на юге России. Поэтому не удивительно, что Одессу заполонили не только российские торговцы. Из многих стран мира сюда хлынули музыканты, художники, поэты. Одесса, как родная мать, всех приняла и создала условия для долгого проживания.
Где процветает торговля, там благодать для мошенников, жуликов, карманников, рецидивистов, шулеров и аферистов. Всех их притягивала легкая нажива. Но ее надо было где-то прятать. Безопасней всего было переправлять в Ростов. Это был ближайший крупный город к Одессе.
Про Ростов
Как и Одесса, Ростов стал крупным торгово-промышленным центром на юге России. На рынках и вокзалах также орудовали крупные и мелкие аферисты. Криминальный мир процветал, уголовник уголовника видел издалека.
Все нажитое воровскими аферами в Одессе переправлялось в Ростов. Там его, как родные отцы, заботливо прятали авторитетные воры в законе. Отсюда пошло название города Ростов-папа.
Для криминала Ростов был таким же притягательным городом, как и Одесса. В людных местах ловко орудовали карманные воришки и мелкие мошенники. Много было «гастролеров» и шантажистов-вымогателей. Их ухищрениям и всяческим уловкам не было границ.
Для представителей криминального мира вблизи реки Дон раскинулись многочисленные притоны. Хорошие условия и благоприятная обстановка привлекали в Ростов жуликов всех мастей.
Еще одна из версий
В плане криминальной обстановки Ростов и Одесса всегда соперничали друг с другом. Сначала лидером был Ростов, потом роли поменялись.
После крупнейшего ограбления банка в Одессе, в Ростове организовали сходку. На ней было решено сделать большое ограбление Центрального рынка. По рынку пустили слух, что с церковного собора падает одна из его башен. Началась паника, вся торговля была заброшена. Такая суматоха стала подходящим моментом для организаторов этого неслыханного бандитского разгула.
В преступном мире была мода на бродяжничество. Сотрудники милиции, когда задерживали уголовников без паспорта и спрашивали о родителях, они так и отвечали: «Мама – Одесса, а папа – Ростов». В переводе это означало: «Бродяжничаю с малолетства, родителей не помню».
Поэтому неспроста Ростов-на-Дону и Одессу стали называть «мама» и «папа». Хотя с 2009 года этот союз официально стал законным. Теперь это два города-побратимы.
«Братва будет ездить с официальными визитами» (шутка)
«Одесса-мама»: почему она была очень популярна у воров царской России и СССР
«Одесса-мама» и «Ростов-папа» — два эти города долгое время считались наиболее криминальными в Российской империи и СССР. Причем, первенство всегда принадлежало «жемчужине у моря», благодаря изобретательности и предприимчивости одесских преступников и сильным воровским традициям, заложенным легендарными криминальными авторитетами.
Исторические условия
Как известно, в 1794 году решение об основании города на берегу Черного моря приняла лично императрица Екатерина II. На месте поселения Хаджибей, где ранее проживали турки и крымские татары, быстро стал застраиваться новый южный форпост империи.
Руководство страны хотело как можно скорее заселить Одессу, чтобы утвердить принадлежность этих земель российской короне. Поэтому городу и его жителям был предоставлен целый ряд экономических и налоговых льгот. Данное обстоятельство привлекло на черноморское побережье специфический контингент: искателей приключений, авантюристов, мошенников, беглых крепостных, уголовников всех мастей.
Поскольку власти Российской империи запретили евреям проживать восточнее Пскова, Харькова и символической линии на карте, проведенной между этими городами, многие представители данного народа перебрались в Одессу, поближе к теплому морю. Их также привлекли торгово-экономические возможности, открывшиеся вместе со строительством порта. Через него различные товары, в том числе и зерно, отправлялись в Европу и Азию, а также осуществлялись контрабандные перевозки.
Особый колорит
Если в 1862 году официальный грузооборот одесского порта составлял 37 миллионов рублей, то к 1903 году он возрос до 174 миллионов. Легкие деньги, которые делали местные бандиты, поставляя в Турцию «живой товар», торгуя психотропными веществами, украденными драгоценностями и порнографическими открытками, производившимися в Европе, привлекали к Черному морю все новых преступников, которые стали селиться в районе Молдаванки.
Изначально это был обычный рабочий пригород Одессы, но во второй половине XIX века его облюбовали шулеры и аферисты. Здесь открылись подпольные притоны, игорные и публичные дома. Богатый южный город приобрел свой особенный колорит. Многонациональное население составляли евреи, молдаване, греки, русские, украинцы, армяне и представители других народов.
Преступность существовала и в других городах Российской империи, разбойников и душегубов везде было достаточно. В отличие от «коллег» по криминальному цеху одесские бандиты действовали креативно и находчиво, они не ценили грубую силу, старались обходиться без жертв. Соблюдали собственный кодекс чести, который впоследствии будет распространен на всю страну, заложив основы воровских законов.
Население портового города, исключая бизнесменов и банкиров, не осуждало преступников и аферистов. Напротив, их здесь считали своими, гордились ловкостью, умом и сообразительностью местных гангстеров. Обхитрить ювелира, обмануть чиновника-взяточника, совершить удачную махинацию с ценными бумагами – такие действия не вызывали в обществе негативного отношения.
Известный кинорежиссер и сценарист Эфраим Севела (1928-2010 гг.) в кинофильме «Одесса-мама» высказал мнение: «Одесса славилась такими ворами, такими бандитами, каких свет не видывал и больше, я думаю, не увидит… Одесса была столицей воровского мира всей Российской империи — по этой причине ее ласково называли мамой».
Легендарные преступники
Этот город помнит многих преступников и аферистов, имена которых стали легендарными. Это Сонька Золотая Ручка, Миша Япончик, Григорий Котовский, Яша Блюмкин, Мишка Ястреб, Федька Бык и многие другие. Они во многом заложили основы криминальных законов России.
Например, Шейндля-Сура Лейбовна Блювштейн (1846-1902 гг.), более известная как Сонька Золотая Ручка, одной из первых предложила воровскому сообществу создать общак, средства из которого предполагалось тратить на помощь «коллегам», оказавшимся в беде. Она создала и спонсировала знаменитую школу карманников, работавшую в районе Молдаванки.
Мойше-Яков Вольфович Винницкий (1891-1919 гг.), он же Миша Япончик, был настоящим королем преступного мира. Коренной одессит в какой-то степени является прототипом главного героя пьесы «Закат» и «Одесских рассказов» известного писателя Исаака Бабеля. Там он представлен как Беня Крик.
Миша Япончик водил знакомство со многими деятелями искусства, в том числе и со знаменитым певцом Леонидом Утесовым. Именно этот криминальный авторитет ввел строгие законы для одесского преступного мира, которые впоследствии были частично приняты всем воровским сообществом России. «Кодекс налетчика», например, запрещал преступникам грабить артистов, писателей, художников, а также врачей и адвокатов, содействие которых могло пригодиться в будущем.
Считается, что Мойше-Яков Винницкий стоял у истоков такого вида криминального бизнеса, как рэкет. Именно он обложил одесских предпринимателей данью, призывал других бандитов грабить только богачей и буржуев.
Кстати, Сонька Золотая Ручка тоже никогда не воровала у бедняков и людей среднего достатка, зарабатывающих честным трудом.
Одесские преступники, вообще, не любили бытовых краж и разбоев. Они предпочитали действовать с размахом, театральностью и выдумкой. Слухи о новых видах криминальных заработков и мошенничества, придуманных в портовом городе, быстро распространялись по всей Российской империи и СССР. Жители «жемчужины у моря» были своеобразным авангардом воровского мира, им подражали, у них учились. Поэтому Одессу и прозвали столицей преступного мира.
Заметьте, знаменитые романы «Двенадцать стульев» и «Золотой теленок» Ильи Ильфа и Евгения Петрова о похождениях Остапа Бендера основаны на реальных аферах «великих комбинаторов» из портового города, а известная повесть Александра Козачинского «Зеленый фургон», вообще, имеет автобиографический сюжет.
Воровская школа
Директором школы для малолетних воров, основанной Сонькой Золотой Ручкой на Молдаванке ради помощи детям-сиротам, был налетчик Мойша Окс (он же Кайлыч). Отсюда молодые кадры разъезжались по всем городам Российской империи, распространяя традиции одесского преступного сообщества на всю страну.
Сначала будущие карманники тренировались на манекенах, одетых в костюмы с вшитыми колокольчиками. Одно неосторожное движение — и раздавшийся звон явно демонстрировал, что ученику предстоит еще долго оттачивать свое мастерство. Затем юных воров ожидали практические занятия, проходившие на одесских рынках. В местах массового скопления людей «работать» начинающим карманникам всегда намного проще, чем на безлюдных улочках.
А традиционный экзамен на звание профессионала ученики школы сдавали в Глухом углу, расположенном на перекрестке Госпитальной и Запорожской улиц. Если уж здесь начинающий вор сумел обчистить карманы бдительного прохожего, прекрасно знающего что это за место, то значит, экзаменуемый доказал свою высокую квалификацию.
В некоторых одесских семьях криминальная профессия передавалась по наследству. Кто-то воровал, кто-то скупал и сбывал краденные ценности, кто-то был на подхвате.
Вообще, в портовом городе много мест, связанных с именами легендарных преступников. Так, на улице Екатерининской работает Музей контрабанды, а на Люстдорфской дороге находится знаменитый Тюремный замок, где сидели почти все одесские воровские авторитеты и революционеры.
Ликвидация налетчиков
На этапе становления советская власть даже использовала криминальные элементы Одессы для борьбы с классово чуждыми буржуями, дворянами и предпринимателями. Взять, к примеру, известного революционера Григория Котовского (1881-1925 гг.), который в юности был налетчиком, или Якова Блюмкина (1900-1929 гг.), в чьей биографии было и криминальное «сотрудничество» с Мишей Япончиком, и служба в советской разведке на этапе ее становления, и расстрел за дружбу со Львом Троцким.
Но укрепившейся советской власти разгул преступности в Одессе был не на руку. Началось жесткое противостояние органов правопорядка с местными налетчиками. Многие из них угодили под массовые репрессии 30-х годов ХХ века.
А после Великой Отечественной войны на борьбу с бандитизмом советское правительство бросило свои лучшие кадры. В 1946 году маршал Георгий Жуков был направлен в Одесский военный округ. Заняв должность командующего, победоносный полководец начал уничтожать местные банды налетчиков.
Об операции «Маскарад», когда бывшие фронтовики по указанию Жукова ходили по ночной Одессе, переодевшись в гражданскую одежду, почти ничего не известно из официальных источников. Но большинство уличных налетчиков были кем-то быстро и профессионально отстреляны, что и дало многочисленным историкам повод говорить о причастности военных к борьбе с разгулом бандитизма в Одессе. Эти события детально отражены в многосерийном телефильме кинорежиссера Сергея Урсуляка «Ликвидация», вышедшем на экраны в 2007 году.
В 90-е годы ХХ века криминальный мир Одессы активизировался, но не более чем по всей стране. Конечно, свои преступные авторитеты и разборки с местным колоритом в портовом городе остаются, но статус криминальной столицы утерян. И скорее всего, безвозвратно.
Так вот почему Ростов — папа, а Одесса — мама! Версия 18+
В РУБРИКЕ «МЕСТО СИЛЫ» — ПИСАТЕЛЬ ДАНИЛ КОРЕЦКИЙ.
автор Ольга Майдельман/фото архив героя, заглавное фото кадр из к/ф «Антикиллер Д.К.»
— Вы знаете, откуда взялось это выражение — «Ростов-папа, Одесса-мама»? Когда-то блатные Ростова и Одессы между собой конкурировали и спорили, кто главный. И якобы ростовские придумали это выражение, подразумевая, что Ростов делает с Одессой то же, что папа делает с мамой. Мне это поведал старый сотрудник угро Виль Абрамович Аксель, очень интересный человек, кстати. Он вышел на пенсию, но продолжал раскрывать преступления на общественных началах. И раскрыл еще 26 убийств. В принципе, да, настоящий Шерлок Холмс. Один оперативный сотрудник рассказывал, как вышел с Акселем на место преступления — уже многократно осмотренное и изученное — и тот нашел там улики, по которым они раскрыли преступление, даже не возвращаясь в отдел. Интересная история, ее даже описать можно (задумался), в небольшом очерке, конечно.
***
Есть такая известная песня — про то, что «…открылася пивная». Но где: на Дерибасовской в Одессе или на Богатяновском в Ростове? Об этом тоже давно уже спорят. И ростовский журналист Саша Сидоров, он же Фима Жиганец, провел на эту тему целое литературоведческое расследование. Так вот, в песне есть фраза: «Держась за Раю, как за ручки от трамвая». А по Дерибасовской тогда трамвай не ходил, зато ходил по Богатяновскому. Исходя из этого, Саша сделал вывод: дело было в Ростове, не в Одессе.
***
Многие думают, что я давно живу в Москве. Да, у меня рекордные тиражи, уже больше 20 миллионов экземпляров. Мог бы уехать. Но Ростов — родной город. Я родился здесь и прожил всю жизнь. Про Москву я даже написал очерк, я с удовольствием в нее приезжаю. А через неделю с еще большим удовольствием уезжаю.
Чем Ростов так уж сильно отличается от других городов? Лет 10 назад мы с коллегами поехали в Ставрополь. Провели там день и вернулись. И в Ростове я их спросил: «Ну, что, чувствуете разницу?» Не хочу про Ставрополь ничего плохого сказать, хороший провинциальный город. Как и Краснодар. Но по американским, скажем, меркам в Ростове центр города — это сити, а в Краснодаре — таун.
***
Мифы о городе создают бывшие ростовчане, переехавшие в Москву. Дибров, например, рассказывает, что в Ростове слово «раки» не склоняют: мол, «будем кушать раки». Я о таком даже не слышал и всегда склоняю. И рецепт их варки он рассказал неправильно. Человек просто не в теме. А его слушают и думают, что это правда.
***
Ростова у меня много во всех книгах, какую ни открой. А вот если кто хочет увидеть старый город, советую посмотреть «Оперативный псевдоним», который снимал замечательный режиссер, ныне покойный, Талпа Игорь Афанасьевич. Это лучший фильм из снятых по моим книгам, он, кстати, занимал в телерейтинге второе место после «Бригады» при бюджете в три раза меньшем, они шли почти в одно время.
***
Талпа показал Ростов с большой любовью: центр, набережную, Левый берег. Ему очень понравился город. Спрашивает меня: «Ну, где описанный вами район?» Повел его на Богатяновку. Я часто туда вожу приезжих. Как и в Шанхай, который до пожара вообще был очень впечатляющим местом для гостей, со своим ужасным колоритом.
Прием в казаки режиссера Игоря Талпы.
Именно Богатяновка в Ростове держалась дольше всех и буквально 10-15 лет назад выглядела так же, как в начале XX-го века. Там сохранился удивительный старинный фонарь, я таких больше нигде не видел, древняя табличка с указанием улицы и дома, балкон стариннейший, а под ним дверь фасонистая, столетняя. Теперь, правда, балкон обрушился, дверь поменяли на железную… А когда я Талпу туда привел, он был в восторге, начал снимать на камеру. Выбежал народ: «Зайдите к нам! У нас ремонта не было 20 лет! Канализация потекла!» — «Да мы не по этому делу», — отвечаем. «А что тогда тут ходите?» Говорю им: «Я Корецкий, знаете меня?» Одна женщина: «Знаю! Вы из районной администрации». То, что мы всего лишь ищем место для съемок, их разочаровало. А место мы нашли: типичный ростовский дворик с железными лестницами. Саша Дедюшко по ним бегал, главный герой. А из окон его квартиры был виден дощатый уличный туалет — для пущей убогости. Так этот туалет нашли в другом дворе. А в кино соединили.
***
В Ростове после войны был возрожден отдел по борьбе с бандитизмом, но не потому, что именно в Ростове было больше всего бандитов. Процессы жизни и управленческие решения зачастую идут раздельно. Так вот, в войну, в 1941-м, число убийств резко снизилось, а к 1945-му — значительно выросло. В 1946-47-х снова пошло вниз. Именно тогда были созданы отделы по борьбе с бандитизмом, один из которых показан, например, в фильме «Место встречи изменить нельзя». И к началу 1950-х послевоенный бандитизм, по существу, был этими отделами ликвидирован, в том числе и в Ростове. Путем жестких мер, хочу заметить.
Корецкий — следователь прокуратуры, 1973 год.
Я как-то, будучи молодым следователем, дежурил в УВД города, и во время ремонта из архивов вынесли большие старые альбомы, все в пыли, со стол размером. Открываю, на развороте слева фотография: стоит лихой бандит, в военной форме, в кубанке, за поясом у него парабеллум с длинным стволом, гранаты. А справа другое фото: он же, но на каменном столе, с секционным швом — через край зашит, вареники так лепят, очень похоже. Это когда вскрывают трупы, то разрезают от горла до паха, а потом зашивают. Переворачиваю страницу. Опять слева фото залихватского бандита, а справа он же после вскрытия. Очень убедительный альбом. И много этих альбомов было. И тогда до меня впервые дошло, что бандитизм в прямом смысле слова был выжжен каленым железом.
***
Все события в моих книгах происходят в городе Тиходонске. В этом городе директор Центрального рынка был руководителем ОПГ, да, но я никогда не говорил, что это происходит в Ростове. Читатели домысливают? За домыслы я не отвечаю.
На съемках сериала «Оперативный псевдоним».
Однако казус с рынком был. Однажды мой ученик, сотрудник милиции, еще в 90-х, зашел на рынке в администрацию: «Можно от вас позвонить?» Тогда не было мобильных. И, наверное, для пущей важности сказал: я, вот, ученик Корецкого. «Корецкий?! Это который написал, что мы руки рубим ворам и запираем их в холодильнике?! Ну да, воров запирали, было такое. Но руки рубить! Это до чего дойти надо!» Но и про руки отрубленные, и про то, что запирают в холодильник, я просто придумал.
***
Претензий и предьяв ко мне никогда не было. Но был такой случай, есть свидетели. Мы в Чалтыре кушали шашлыки в ресторане. Подъехал большой джип, оттуда вышел человек, увидел меня и прямо навстречу: «Здравствуйте. Вы Корецкий?» — «Да». — «А можно пожать вам руку?» Я спрашиваю: «А в связи с чем?» И он сказал такую фразу: «Мы хоть и из братвы, но ваши книги читаем и вас уважаем за то, что вы нас не парафините и не форшмачите». Что такое «парафинить» и «форшмачить»? Оскорблять, унижать.
Да, ростовчане действительно сумели не пустить кавказскую мафию в город. В одном из «Антикиллеров» я эту историю описал. В 90-х наша братва напала на лидеров дагестанской группировки и причинила им тяжкие телесные повреждения, после которых дагестанцы были доставлены в БСМП. И туда их приехали добивать. В больницу, в холл, ворвались люди с оружием. Там был милиционер, но безоружный, он спрятался за стойку и звонил в отдел. Его расспрашивали: «Сколько там человек?» — «Не знаю». — «Так установи!» Он выглядывал: «Вроде десять». Туда быстренько бросили ОМОН, нападающих задержали. Но оказалось, что один задержанный был руководителем ЧОПа (частного охранного предприятия), с пистолетом на законных основаниях. Он объяснил, что приехал по каким-то своим делам, а тут вооруженные люди. А дагестанцев и правда приехала защищать своя группировка. В общем, сцена из «Крестного отца». Но все так и было.
***
Мой любимый фильм из трех «Антикиллеров» — конечно, первый, снятый младшим Кончаловским. Я там был соавтором сценария, мог влиять на съемки. Второй фильм, кроме одного эпизода и названия, не имел ничего общего с книгой. А третий и подавно. При этом назывался «Антикиллер Д.К.». А должен был называться «Антикиллер Данила Корецкого».
Я уже сказал издателям, что будет фильм с таким названием, а это мощный рекламный стимул, они хотели допечатать тираж. Ну а «Д.К.», конечно, можно трактовать как угодно. В общем, я оказался в неловком положении. Гоша Куценко, кстати, в конце фильма презентует книгу с инициалами автора — Д.К. У него спрашивают: «Кто это, Д.К.?». Он говорит: «Я не помню». Потом встряхивает головой и добавляет: «Но я вспомню».
На премьере «Антикиллера» с Егором Кончаловским и сыном Аркадием.
Уже не скажу, кто его снимал, но в соавторах сценария было шесть или восемь человек — многие смеялись, что, дескать, это как письмо Шарика, Матроскина и дяди Федора в «Каникулах в Простоквашино». И хвост отваливается, и здоровье не очень.
***
Про «А.У. Е.» («Арестантский уклад един») в Ростове я на серьезном уровне не слышал. Нападение в Питере из новостей последних — это 14 подростков, которые избивали всех, кто под руку попадался. Насчет 1 миллиона человек, состоящих в «А.У. Е.» (такие данные приводит «Комсомольская правда») — это просто вранье настоящее. Один миллион человек! Бред собачий. Кто это считал? Как? Если мы сейчас с вами выпьем коньяка, выйдем на улицу и напишем на стене «А.У. Е.», пройдем еще квартал и снова напишем «А.У. Е.», значит ли это, что в Ростове действует такая банда?
Этот вопрос никто серьезно не изучал, насколько я знаю. Сейчас вообще время некомпетентности. Да и ваш брат журналист любит приврать, особенно последнее время. По существу, это напоминает «казанский феномен» 1970-х, когда подростки с окраин Казани объединялись в молодежные банды, дрались между собой, убивали прохожих, а когда подросли, сформировали ОПГ. Это надо пресекать, конечно, и с этим можно и нужно бороться. Но это явление, «А.У.Е.», я считаю, такое же раздутое, как и «Синий кит». Нет никакого «Синего кита» и склонения к суицидам. А есть высокий уровень самоубийств — в советские еще времена было порядка 200 000 суицидов в год, мне как-то попадалась такая цифра. И причины искать надо не в «Синем ките», который еще и якобы управляется из-за границы, а в ЕГЭ, например, и в том, как оно действует на детей, в школьном образовании и стрессах от него, в самом обществе.
На съемках сериала «Рок-н-ролл под Кремлем», Корецкий в роли генерала госбезопасности.
***
Я уже не сторонник смертной казни и с тех пор, как награжден именным оружием, не сторонник и вооружения населения. Про оружие шучу. Хотя считаю, что при разрушенном судебной практикой институте необходимой обороны нет смысла вооружать население, поскольку бандиты все равно окажутся в лучшем положении.
А про смертную казнь скажу так: при нынешнем состоянии законотворчества и правоприменительной практики вообще нельзя выносить приговоры. Что делать? Не знаю. Практику менять, законотворческую деятельность. Реформировать все. Но не так: была милиция, стала полиция. Переаттестация когда эта проходила, я говорил журналистам: «У меня на даче росли яблоки и сливы, я их переаттестовал — и теперь у меня будут расти ананасы и бананы».